Преемники Константина до переселения народов

Перед смертью Константин совершил раздел государства между тремя своими сыновьями Константином, Констанцием и Констансом и двумя своими племянникаи Делмацием и Ганнибалианом. Едва император скончался, между наследниками начались раздоры. Оба племянника были быстро убиты, а сыновья вступили в жесточайшую борьбу между собой; в живых остался один Констанций, который и занял престол в 353 году. Ему пришлось со всех сторон отбиваться от соседних племен. Он победоносно сражался против новоперсов, которыми правил царь Сапор.

В то время как Констанций был занят на Востоке, алеманны и франки вторглись в Галлию. Против них император послал своего двоюродного брата Юлиана. Юлиан спас Галлию, одержав в 357 году при Страсбурге победу над алеманнами, причем их король Кнодомар попал к римлянам в плен.

В следующем году он выступил из Парижа, своего постоянного местопребывания, против франков, застиг их врасплох, разбил при Токсандрии и отбросил их частью за Рейн, частью в северную Бельгию. Военная слава Юлиана до такой степени возбудила зависть Констанция, что он придумал средство сделать безвредным опасного соперника. С этой целью Констанций приказал Юлиану отправить к нему на Восток четыре легиона и отборные вспомогательные войска под тем предлогом, что он нуждается в них для войны с новоперсами.

Но солдатам вовсе не хотелось оставлять любимого полководца и отправляться далеко на Восток. Они отказались повиноваться и провозгласили своего любимца Юлиана «августом». Юлиан неохотно принял этот опасный сан и отправил Констанцию письмо, в котором самым почтительным образом просил признать его правителем Запада. Констанций отвечал высокомерным и угрожающим тоном.

Тогда Юлиан решил предоставить оружию закончить его спор с императором. В то самое время, как Юлиан выступил в поход на Константинополь, Констанций умер. Теперь Юлиан совершил свой въезд в Константинополь при радостных приветствиях солдат и населения.

Юлиан (361—363 г.) обладал добродетелями, простотой и нравственной чистотой древнего римлянина. При своем дворе он установил порядок и бережливость, распустив целые толпы придворных чиновников и слуг и изгнав расточительность с императорского стола.

С неутомимой деятельностью следил Юлиан за государственным управлением, за соблюдением правосудия и поддержанием в войсках строгой дисциплины. Он был фанатическим приверженцем древних греков и римлян, поборником неоплатонической философии, которую он изучал в Афинах.

Христиан он ненавидел, отчего и получил от христианских писателей прозвище Апостата, то есть отступника. Ненависть его к христианству объясняют тем, что, когда во времена своей молодости он жил при дворе, окружавшие его лица не принадлежали к числу людей, которые могли бы служить ему примером христианских добродетелей. Лицемерие, коварство, взаимная вражда и даже убийства позорили императорский двор того времени; безрассудные ссоры честолюбивых и властолюбивых духовных лиц внушили Юлиану омерзение и отвращение к христианскому духовенству.

С другой стороны, Юлианом овладела тщеславная мысль воскресить отжившее свой век язычество.

Вступив в управление государством, Юлиан сразу же приказал восстановить древние храмы, воздвигнуть алтари и приносить на них жертвы языческим богам по древним обычаям. Он сам совершал эти жертвоприношения с величайшей пышностью. Хотя Юлиан и не преследовал христиан огнем и мечом, но обращался с ними с величайшим презрением, лишал их должностей и запретил христианским риторам и грамматикам заниматься преподаванием классической. литературы.

В своей слепой ненависти Юлиан не постыдился призвать к себе на помощь в борьбе с христианством даже иудеев в качестве союзников.

Он освободил иудеев от податей и налогов и разрешил им восстановить храм в Иерусалиме. Иудеи тотчас же приступили к делу. Но прежде чем они успели возвести новые стены храма, судьба императора уже свершилась. По словам св. Афанасия, он был лишь «набежавшим облаком», которое быстро растаяло от лучей христианского солнца.

Со свойственным ему честолюбием Юлиан горел страстным желанием приобрести воинскую славу.

Надлежало смирить гордого Сапора II и отнять у него его завоевания в Месопотамии. В начале 363 года Юлиан вторгся в Сирию. Начало похода было успешным: многие крепости сдались и победоносный император дошел до царской столицы Ктесифона. Этот город, окруженный крепкими стенами и имевший бесчисленное множество стрелков, всадников и боевых слонов, был неприступен.

Юлиан направился к северу и стал углубляться все дальше в Персию. Но изменники-проводники завели войско в местность, лишенную воды и продовольствия, поэтому пришлось отступать; это отступление оказалось роковым. Когда войско проходило лесистыми горами, внезапно со всех сторон на него напали враги.

Юлиан был без панциря, и дротик неприятеля вонзился ему в бок. По свидетельству христианских писателей, Юлиан сам вытащил дротик из раны и, бросив к небу полную горсть вытекавшей из раны крови, с горечью воскликнул: «Ты победил, Галилеянин!» Войско продолжало сражаться с мужеством отчаяния и отбросило врага назад.

Солдаты выбрали из своей среды нового императора, начальника дворцовой стражи Иовиана. Под его предводительством войско с величайшими трудностями добралось до Тигра, но перейти эту реку не удалось, и Иовиан был вынужден заключить унизительный мир с Сапором II.

С трагической смертью Юлиана рушились и все его замыслы. Они разбились о действительное положение вещей, которому его смелый ум напрасно старался противодействовать. Иовиан (363—364 г.) отменил указы своего предшественника, вновь восстановил христианство во всех его правах, но вместе с тем терпел и язычество.

Преемник Иовиана, Валентиниан (364—375 г.), чтобы облегчить себе бремя правления, взял в соправители для Востока своего младшего брата Валента. Сам Валентиниан оставил в своем управлении Иллирию, Италию и Галлию. Границы империи на Рейне и в Британии находились в величайшей опасности.

Страницы:

• [1]
• 2