Падение Западной Римской империи

В то время, когда на Востоке правил Валент, одряхлевшее здание Римской империи испытало такой удар, последствия которого вконце концов привели империю к падению. Удар этот нанесли гунны. Они вышли из глубины Азии, из пустыни Гоби, прошли «Вратами народов» между Уральскими горами и Каспийским морем в Европу и перешли Волгу. То было началом чрезвычайного, всеобщего, имевшего громадное значение движения племён, которое назвали «переселением народов». Особенно активно переселялись германские племена.

Продолжаясь двести лет, это переселение совершенно изменило политическую карту Европы, так как на месте Западной Римской империи возникли основанные германскими племенами совершенно новые государства, из которых одни просуществовали короткое, другие более продолжительное время.

Римский историк IV века Аммиан Марцелин и готский историк VI века оставили нам описание гуннов: Гунны страшно дики и по наружности отвратительны. Они имеют крепкие, мускулистые члены и толстую шею. Вся фигура их настолько груба и нескладна, что их можно принять за двуногих животных или за те грубо вытесанные столбы, которыми подпирают мостовые перила. У детей тотчас после рождения делают на щеках глубокие надрезы для того, чтобы при помощи сплошных рубцов уничтожить вырастание волос, вследствие чего гунны до самой старости остаются безбородыми и крайне безобразными.

При такой отвратительной, отталкивающей наружности они настолько дики, что не пользуются огнём для приготовления пищи. Пищу их составляют корни диких растений и полусырое мясо первого попавшегося животного, которое они кладут вместо седла на спину лошади и распаривают его быстрой ездой.

Жилищами гунны пользуются лишь в случае крайней необходимости; они боятся их, как могил, и, постоянно странствуя по горам и долинам, с самой колыбели приучаются переносить и стужу, и голод, жажду. Одежду гунны носят или полотняную, или сшитую из кож лесных мышей, голову покрывают высокой шапкой, а ноги — козьими шкурами.

Грубо сшитая обувь стесняет их походку, поэтому они мало способны к пешему бою; но зато, как бы сросшись со своими крепкими, хотя на вид и невзрачными лошадьми, они почти все свои дела совершают верхом. Сидя на лошади, гунн покупает и продает, ест и пьет, и, что может показаться невероятным фактом, склонившись на шею быстрого скакуна, предаётся глубокому сну; даже если по какому-нибудь важному делу собирается совет, то и на нем он участвует верхом на коне.

Битву гунны начинают отвратительным воем; затем с быстротою молнии бросаются они на врага, в то же мгновение умышленно рассыпаются в разные стороны, также быстро вновь возвращаются, без всякого порядка поражают здесь и там и, прежде чем их заметят, благодаря неимоверной быстроте, нападают на вал или начинают опустошать неприятельский лагерь.

Издали гунны сражаются дротиками, острия которых с редким искусством отделаны костью; на близком же расстоянии они дерутся саблями и в то самое мгновение, когда противник собирается отклонить удар, накидывают на него аркан и с силой увлекают его за собой. У гуннов никто не обрабатывает землю и не касается плуга; все они, не имея ни постоянного местопребывания, ни родины, ни законов, ни обязательных обычаев, подобно беглецам, они ведут постоянно бродячую жизнь.

Женщины у гуннов живут на телегах, там ткут свои грубые одежды и воспитывают детей. Ни один гунн не в состоянии ответить на вопрос, где он находится. Гунны не соблюдают верности в договорах и, подобно неразумным животным, вряд ли даже имеют какое-либо понятие о правде и несправедливости. Без всякой причины и цели они способны предаваться самым неистовым образом своим страстям и выказывают непостоянство при малейшей надежде, сулящей им что-либо новое.

Гунны до такой степени изменчивы и вспыльчивы, что способны в один и тот же день покинуть своих союзников безо всякой причины и точно так же без всяких рассуждений вновь примириться с ними.

При своем переселении на запад гунны, прежде всего, столкнулись с аланами между Доном и Волгой.

Аланы частью были прогнаны, частьюприсоединились к гуннам. Затем гунны напали на остготов и вестготов. Остготский король Германарих был разбит страшным врагом и лишил себя жизни. Те остготы, которые не были покорены гуннами, направились в Паннонию; вестготы же, предводимые Фридигерном, отправили послов к императору Валенту и просили, чтобы он дал им земли; в благодарность они обещали охранять границы империи.

Валент дал им позволение поселиться в Мизии. Тогда около 200 000 воинственных вестготов с женами и детьми перешли через Дунай. Но римские сановники Лупицин и Максим обошлись с пришельцами очень бесчеловечно. Их принуждали покупать по непомерным ценам съестные припасы и притом часто самого худшего качества. Сначала готы, не имея наличных денег, платили одеждой, коврами, оружием и другими ценными предметами.

Когда их средства истощились, они были вынуждены продавать в рабство даже своих детей. В довершение всего Лупицин, пригласив готских вождей на обед в Марцинополь, сделал попытку коварно убить их, это возмутило готов, и они подняли восстание. Тогда Лупицин поспешно собрал все свои войска, но был разбит и бежал.

Дыша мщением, готы двинулись во Фракию, производя по пути страшные опустошения. Против них выступил сам император Валент, но при Адрианополе был совершенно разбит в 378 году. На поле битвы пало две трети римского войска; сам Валент скрылся в хижине крестьянина, но был обнаружен. Враги подожгли хижину, и Валент погиб в пламени мучительной смертью.

Западно-римский император Грациан явился со своими вспомогательными войсками слишком поздно и уже не смог предотвратить ужасного бедствия. Получив известие о смерти дяди, Грациан назначил императором восточных стран своего полководца Феодосия (378—395 г.). Феодосии, как Траян и Адриан, был родом из Испании и, подобно этим императорам, отличался сильным характером.

Осмотрительно, но твердо вел он оборонительную войну против готов.

Страницы:

• [1]
• 2
• 3
• 4
• 5