Клодий

В то самое время, как Цезарь распространял римское владычество на северо-западе Европы, положение вещей в столице становилось все тревожнее. Внутренние смуты увеличивались с каждым днем. Дерзкий народный трибун Клодий самовластно распоряжался на форуме и на улицах.

Чернь, привлеченная Клодием законом о хлебе, в силу которого была установлена ежемесячная раздача дарового хлеба, была послушна его приказаниям. Вооруженные шайки, набранные из ремесленников, вольноотпущенников и рабов, следовали за Клодием и по первому его знаку были готовы угрозами и насилием действовать против всех, кто решался ему противиться.

Сенат не осмеливался противодействовать дерзким выходкам этого демагога, и Клодий предавался беспощадным грабежам и разбоям, предоставлял государственные должности своим приспешникам, раздавал привилегии своим любимцам или же продавал их другим по высокой цене и этим путем приобретал деньги для содержания своих вооруженных шаек.

Он стал пренебрежительно относиться к самому Помпею и сделал попытку отменить некоторые распоряжения Помпея. Он захватил пленного Тиграна и держал его в своем доме, возбудил судебные процессы против друзей Помпея, чтобы испробовать, имеет ли Помпей еще влияние в обществе. Нападению шайки Клодия подвергся даже консул Габиний, друг Помпея.

Одного из рабов Клодия поймали с обнаженным мечом при попытке пробраться к Помпею в толпе людей. Помпей, боявшийся наглых выходок Клодия, воспользовался этим предлогом, чтобы не появляться на форуме, пока Клодий оставался в своей должности.

Клодий прилагал все старания, чтобы воспрепятствовать возвращению своего смертельного врага, Цицерона. Пока Клодий оставался трибуном, ему это легко удавалось.

Но когда в конце 57-го года он потерял эту должность и, кроме того, поссорился с народными трибунами Секстием и Милоном, то предложение вернуть изгнанного Цицерона могло рассчитывать на успех. Чтобы чувствительнее досадить Клодию, Милон сделал такое предложение. Из предосторожности Милон также набрал шайку вооруженных людей. В сентябре 56-го года удалось провести постановление об отмене изгнания Цицерона.

После 16-ти месячного отсутствия Цицерон возвращался в Рим. Во всех провинциальных городах на пути его следования ему оказывали блестящий прием. Сам Цицерон не без тщеславия рассказывает: «Вся Италия несла меня на руках. При моем въезде в столицу народ располагался на ступенях храмов, наполнял форум и сопровождал меня рукоплесканиями и криками восторга в Капитолий, где я возблагодарил богов за возрождение республики. Казалось, что самые стены, дома и храмы радовались вместе со мною».

Наступили относительно спокойные времена. Разнузданный Клодий доигрывал свою политическую роль; сенат при содействии Милона возвратил свои права и старался добиться прежнего влияния. Помпей стремился освободиться от своей недавней жалкой роли. В Риме наступила дороговизна и нехватка хлеба.

Через друзей Помпей внес в сенат предложение, чтобы ему одновременно с званием проконсула был поручен надзор над раздачей хлеба и над всей торговлей во всех гаванях и на всех рынках римского государства и даны были для этого чрезвычайные полномочия на пять лет с правом самому выбрать себе в помощники 15 легатов. Предложение это прошло и несколько освежило начавшие блекнуть победные лавры Помпея, для которого в лице Цезаря вырастал опасный соперник.

Цезарь все время зорко следил за всеми событиями в столице. От него не укрылось, что сенат, а вместе с ним и аристократическая партия начали снова усиливаться. Он с неудовольствием замечал, как консул Домиций Агенобарб. намеревался поколебать «юлиевы законы» и как значение Помпея, его союзника по триумвирату, видимо, начинало склоняться к упадку. Когда Домиций открыто высказался, что он будет всеми средствами бороться против продления проконсульской власти Цезаря, тот решил, что наступило время решительных действий.

Он пригласил остальных двух триумвиров съехаться в Лукку, город в северной Этрурии. Кроме Помпея и Красса, сюда явились и другие значительные лица, среди которых был и Клодий. На совещаниях в Лукке Цезарь держал себя так, как будто он был уже повелителем государства.

Цезарь был готов действовать, не обращая внимания на то, будут или не будут одобрены сенатом его действия. В Лукке триумвиры приняли следующее соглашение: Помпей и Красс должны были добиваться консульства на 55 год, а затем получить в свое управление богатые провинции: Помпей — Испанию, а Красс — Сирию, оба с правом набирать в Италии необходимые для них войска.

Что касается самого Цезаря, то он удерживал за собой наместничество в Галлии еще на пять лет, доведя войско до десяти легионов и выплачивая солдатам жалование из государственной казны. Клодию было рекомендовано воздерживаться в будущем от своих возмутительных насильственных действий и прекратить нападки на Помпея.

Предположения Цезаря о малодушии и бесхарактерности сената вполне оправдались. Хотя сенаторы и выражали громогласно жалобы на превышение власти триумвирами, но дальше слов не пошли. Оба триумвира без малейших затруднений были избраны в народном собрании консулами на 55-й год, и все требования Цезаря были уважены. Один только Катон и некоторые другие из числа непримиримых выражали свой протест; но их сопротивление во время выборов было подавлено солдатами триумвиров.